1. Фельдман В.И. (1987). Каталог астроблем и метеоритных кратеров Земли // Метеоритика, Issue 46, с. 154-171.
  2. Алексеев А.С. и др. (1991). Оценки частоты падения небесных тел на Землю, исследование возможности заблаговременного их обнаружения и изменения траекторий // Отчёт по НИР, АН СССР ВЦ, Новосибирск , 128 с.
  3. Фельдман В.И., Глазовская Л.И. (2018). Импактитогенез: учебное пособие. - М.: КДУ, - 151 с.
  4. O'Connell E. (1965). A catalog of meteorite craters and related features with a guide to the literature.
  5. Graham, Bevan and Hutchison (1985). Catalogue of Meteorites. - 4th Edition
  6. Meisel Thomas, Koeberl Christian (1988). Geochemical studies of impact glass from the Darwin crater, Tasmania // Meteoritics, Vol.23, No.3, P. 289-290
  7. Matsuda Jun-ichi, Matsubara Kayo, Yajima Haruaki, Yamamoto Koshi (1989). Anomalous Ne enrichment in obsidians and Darwin glass: diffusion of noble gases in silica-rich glasses // Geochim. et cosmochim. acta , Vol.53, No.11, С. 809-810
  8. Matsuda Jun-ichi, Yajima Haruaki (1989). Noble gases in Darwin glass; Anomalous neon enrichment // Lunar and Planet. Sci. - Houston (Tex.), 1989. - Vol. 20: 20th Conf., March 13-17, 1989: Abstr. Pap., P. 628-629
  9. Meisel Thomas, Koeberl Christian, Ford R.J. (1990). Geochemistry of Darwin impact glass and target rocks // Geochim. et cosmochim. acta., Vol.54, No.5, P. 1463-1474
  10. Jakes P., Sen S., Matsuishi K. (1991). Tektites, experimental equivalents and properties of superheated (impact) melts // Lunar and Planet. Sci. Abstr. Pap. 22nd Lunar and Planet. Sci. Conf., March 18-22, 1991 - Vol. 22 , Houston (Tex.),, P. 633-634
  11. Hodge, Paul W., (1994). Meteorite craters and impact structures of the Earth. - Cambridge University Press , 122 рр.
  12. Chaussidon Marc, Koeberl Christian (1995). Boron content and isotopic composition of tektites and impact glasses: Constraints on source regions // Geochim. et cosmochim. acta , Vol.59, No.3, P. 613-624
  13. Haines P.W. (2005). Impact cratering and distal ejecta: the Australian record // Aus.Journal of Earth sciences. Vol.52, N.4/5. Aug./Oct. p.481-507
  14. Bailey M.J., Howard K.T., Kirkby K.J., Jeynes C. (2009). Characterisation of inhomogeneous inclusions in Darwin glass using ion beam analysis // Nucl. Instrum. and Meth. Phys. Res. B, Vol.267, No.12, P.2219-2224
  15. Weber C.E. (2013). Lava flows and traps from antipode dusruption by meteorite impacts.
  16. Glikson A. (2017). Structure and origin of Australian ring and dome features with reference to the search for asteroid impact events.
  17. Glikson A. (2018). Structure and origin of Australian ring and dome features with reference to the search for asteroid impact events // Tectonophysics. - V. 722. - P. 175-196.


Спутниковая фотография кратера из Google Earth.


Рельеф из Wikimapia.


Обзор статей (из РЖ ВИНИТИ "Геология и геофизика"):

Изучалось 18 образцов стекол, происхождение которых связывают с импактным кратером Дарвин. Стекла анализировались на 50 элементов с целью установления геохим. связей в них. Все образцы стекол разноокрашены и имеют характерные текстуры течения: слоистые, пузырчатые и др. Образцы стекол обладают разнообразной формой: каплевидной, канатовидной, в виде скрученной проволоки (похожи по форме на иргизиты). Стекла кратера Дарвин отличаются от тектитов и других импактных стекол очень низким содержанием CaO и Na(,2)O, что связано с отсутствием плагиоклазов в породах мишени. Кластерный и дискриминационный анализы позволили разделить изучаемые стекла на 3 группы (по содержанию и корреляции главных и второстепенных элементов): 1) низкожелезистая и Al-группа, 2) высокомагниевая и Na-группа, 3) высокожелезистая и Al-группа. Установлены особенности состава в группах. Делается вывод о том, что на основании геохим. изучения стекол кратера Дарвин можно восстановить типы пород мишени и пропорции, в которых они смешивались при образовании стекол.
(Meisel Thomas, Koeberl Christian, 1988).

В обсидианах из Турции, США и Японии, стеклах из кратера определены содержания петрогенных элементов методом рентгеновской флюоресценции и благородные газы - масс-спектрометрическим методом. Содержание SiO(,2) колеблется от 71 до 76%. Почти весь Ne извлекается до T' 800 'C, Ar при 800-1400', Kr при 1200-1400'. Основная часть Ne извлекается при 400-500 'C. Для большинства образцов обсидианов и дарвиновских стекол характерен избыток Ne по сравнению с др. благородными газами, кроме He, что связывается с обогащением их в условиях земной поверхности атмосферным Ne. Зависимость расчетных коэф. диффузии от т-ры отгона на диаграмме Аррениуса аппроксимируется в виде пучков линий для разных образцов, наклон которых соответствует энергии активации. Для стекол и обсидианов она равна ~22 ккал/моль. Высокое отношение Ne/Ar в некоторых подводных стеклах объясняется не мантийным влиянием, а диффузией из морской воды
(Matsuda Jun-ichi, Matsubara Kayo, Yajima Haruaki, Yamamoto Koshi, 1989).

Определены содержания благородных газов в обломочных образцах и во фракции 60-100 меш дарвинского стекла - природного стекла из Тасмании. Полученные данные показали, что в обломочном образце DG:2 легкие благородные газы содержатся в низкотемпературной фракции. Во фракции дарвинского стекла (DG:3) благородных газов меньше наполовину по сравнению с таковыми в обломочных образцах DG:2 и DG:1. В образце DG:3 весь неон был дегазирован ниже 800 'ГРАД'С. При изучении эффекта фракционирования благородных газов установлено, что факторы фракционирования ('84)Kr и ('132)Xe для образца DG:2 близки к 1, а фактор фракционирования ('20)Ne равен 64. В дарвинском стекле фактор фракционирования ('20)Ne равен 78. Такие высокие факторы фракционирования наблюдались в природных обогащенных кремнием стеклах. Отмечается, что в тектитах из Таиланда фактор фракционирования ('20)Ne равен 1800, а в индийских тектитах - 10. Высокое отношение Ne/Ar, возможно, свойственно тектитам и импактному стеклу. Высокое отношение Ne/Ar в дарвинском стекле может быть также связано с диффузией Ne из атмосферы.
(Matsuda Jun-ichi, Yajima Haruaki, 1989).

Сообщаются результаты изучения хим. состава стекол и подстилающих пород кратера Дарвин. Методами кластерного и дискриминантного анализа выделены 3 группы стекол: A- и B-группы соответственно с низким и высоким содержанием Fe и Al, C-группа с высоким содержанием Mg, Na (также Cr, Mn, Co и Ni). Расчетами по модели смешения показано, что стекла групп A и B образовались в ударном процессе из локальных пород мишени. Их состав воспроизводится смесью: 30% кварцита, 60% глинистого сланца с повышенным содержанием SiO(,2) и 10% глинистого сланца с более высоким содержанием Al(,2)O(,3), FeO, MgO, Na и CaO. Недостаток летучих элементов в стеклах обусловлен их потерей из импактного расплава вследствие селективного испарения. Отмечается, что модель смешения даже с добавкой ультраосновного или метеоритного в-ва не воспроизводит повышенных содержаний Mn, Co, Cr и Ni в стеклах группы C. Эта проблема остается открытой.
(Meisel Thomas, Koeberl Christian, Ford R.J., 1990).

Для определения высокотемпературных (Т>Т(,ликв.)) физ. свойств ударных расплавов измерены рамановские спектры естественных высококремнеземистых, с близкими составами, стекол ударных кратеров Вабар, Дарвин, Рис, Ауэллул, Заманшин, тектитных (молдавитов, индошинитов, бедиазитов) и стекол индошинитов, нагретых выше т-р ликвидуса и закаленных до комнатных т-р. В области низких частот рамановские спектры естественных стекол подобны спектрам стекловидного кремнезема и сильно отличаются от них в области высоких частот наличием двух (Рис, Вабар) и четырех дополнительных полос. Выявлены различия в спектрах стекол, нагретых до t~t(,ликв.) и t=t(,ликв.)+150 'C, причем первые спектры близки к спектрам естественных стекол. Предполагается, что в случае нагрева стекол тектитов выше т-р ликвидуса, их условия остывания сильно отличались от выбранных в модельных экспериментах.
(Jakes P., Sen S., Matsuishi K., 1991).

Представляются результаты ионно-микрозондовых измерений содержаний Li, Be и B и изотопного состава В в 27 обр. тектитов из 3 полей рассеяния (Австралия, С. Америка, Кот-де'Ивуар) и ударных стекол (кратеры Ауэллул и Дарвин). Вариации содержания и изотопного состава В для тектитов в пределах одного поля рассеяния невелики, однако для индошинитов типа Муонг-Нонг выявлены корреляции содержаний Li-B и B-Be. Профили через аэродинамически оплавленный австралит дали вариации 'дельта'{11} В всего в несколько %%, отсутствие корреляций их с содержанием В и среднее (-1,9+/-1,9%%) неотличимое от такового для тектитов Муонг-Нонга, что трактуется как признак незначительной роли фракционирования в паровой фазе. Для большинства тектитов значения 'гамма'{11} В лежат в небольшом интервале -9,3+/-1,5%% (ср. +2,7+/-1,5%%), что вкупе с данными о содержании В указывает на земной источник материала тектитов. По соотношению содержания и изотопного состава В источником австралийских тектитов могли быть богатые глинами осадки типа пелагических или неритовых (но они исключаются данными до 10 Ве и Rb-Sr), а также речные и дельтовые, возможно р. Меконг. Для 1 обр. бедиазита высокое значение 'дельта'{11} В требует обогащенности материала источника морскими карбонатами или эвапоритами
(Chaussidon Marc, Koeberl Christian, 1995).



На главную